ИА "Силовики"

В апреле 2026 года в России запустили проект «Не твоя история». За девушками, освобождающимися из воспитательных колоний, закрепляют наставников - руководителей региональных органов исполнительной власти в сфере молодёжной политики. Проект дает возможность восстановить утраченную связь с обществом: девушки вместе с наставниками сами создают условия, чтобы реализовать себя в работе, учебе и спорте.

За официальными формулировками стоит нечто большее - готовность человека каждый день доказывать, что совершенная ошибка не перечеркивает развитие личности. О том, что такое настоящая забота, почему любовь к ближнему - это не только чувство, но и ежедневный труд, и как общество учится принимать тех, кто оступился, в эксклюзивном интервью рассказала руководитель Роспатриотцентра Росмолодёжи Елена Беликова.

Елена Александровна, проект стартовал в пилотном формате. Почему, на ваш взгляд, возникла необходимость в такой комплексной программе именно сейчас? Что стало главным триггером для запуска «Не твоя история»?

Статистика рецидивов среди несовершеннолетних и молодых женщин остается тревожной. Меры поддержки, к сожалению, часто заканчиваются в день освобождения. «Не твоя история» - это попытка построить мост от режима отбывания наказания к нормальной жизни не на бумаге, а с помощью заинтересованных людей и специалистов. Молодёжная политика обладает уникальным ресурсом: это атмосфера созидания, проекты, сообщества. И этот ресурс дает возможность начать с чистого листа. Мы осознанно разделяем «помощь» с «контролем». Мы понимаем: без нашей помощи у этих девочек шансов гораздо меньше. В местах лишения свободы человек теряет не только свободу, но и социальные навыки, доверие к миру, чувство собственной нужности. Они попадают туда не потому, что они «плохие». Чаще всего - из-за деструктивной среды, кто-то подсадил, кто-то втянул, или жесткая жизненная ситуация вынудила заработать любым способом. А потом с этого пути сложно сойти. Проект дает им возможность социализироваться, но важно понимать: второй шанс - он не гарантирован. За него борются. Наши участницы знают, что нужно приложить все силы, чтобы шансом этим воспользоваться. Они очень хотят изменений в своей жизни, но не факт, что у всех получится.

Цель проекта - включить успешных участниц в профилактическую работу с молодёжью. Не слишком ли смело?

Мы интегрируем их в общественную деятельность мягко, как людей, которым интересно что-то делать своими силами: организовывать праздники, помогать в проведении акций. Это опыт общения со старшими товарищами, опыт совершения полезных, нужных дел. Социализация - это как раз становление частью другого, позитивного общества. И наши девушки уже участвуют в мероприятиях: Олеся Д. из Архангельской области помогала в организации городского «Последнего звонка», Алина Б. из Ставрополья - во всероссийских акциях в своем регионе. Их истории и новый опыт настоящие, и эта искренность работает. Мы не говорим, что завтра они все выйдут к молодежи или на публичную сцену. Это перспектива. Их главное оружие - знание последствий изнутри. Они понимают цену ошибки, которую платят годами. Наша задача - научить их пользоваться этим ресурсом во благо, чтобы предупреждать других подростков о том, что такие поступки имеют непомерно высокую цену.

Почему выбор пал именно на женские воспитательные колонии и на девушек?

Во-первых, был запрос от нашего ключевого партнера - Федеральной службы исполнения наказаний. В женских колониях высок риск повторных преступлений в возрасте до 23 лет, если девушка остается без поддержки. С девушками психологически работать сложнее, но они быстрее откликаются на долгосрочные перспективы. Мы взяли пилотные площадки в Томске и Можайске, чтобы охватить девушек из разных регионов и увидеть специфику. В будущем мы планируем масштабироваться: рассматривать и юношей, и возрастные границы, возможно, работать не только с теми, кто отбывает наказание, но и на других этапах.

Первый этап - глубокая диагностика: нейропрофилирование, оценка аддиктивного статуса. Для чего?

Коллеги из воспитательных колоний передали нам полную базу своих наработок, они знают этих девочек и их особенности. Мы пришли с пониманием, кто перед нами. А наши технологии помогли заглянуть глубже. Оказалось, например, что у некоторых девушек с отрицательными характеристиками обнаружились высокий уровень эмпатии и лидерские задатки, которые просто не были востребованы в их прошлой среде. У одной мы нашли выдающиеся способности к рисованию - сейчас помогаем ей поступить в художественный колледж. У внешне благополучных, наоборот, вскрылись скрытые риски рецидива. Диагностика нужна не для того, чтобы делить их на «хороших» и «плохих», а чтобы понять, с чем именно работать, и составить индивидуальный план развития. Кстати, сотрудники Роспатриотцентра имеют большой опыт работы с трудными подростками - у нас есть профильные смены в «Истоках», и для этого проекта мы подобрали самых сильных специалистов. Руководство ФСИН оказало нам полную поддержку на всех уровнях, и общение прошло очень позитивно.

Самая сильная, на мой взгляд, деталь проекта - это наставники-руководители органов молодежной политики регионов. Как вам удалось договориться с высокопоставленными чиновниками, чтобы они лично взяли шефство над освободившимися девушками? Это ведь колоссальная нагрузка.

Здесь важен один нюанс: никто из министров, когда мы презентовали проект, не отказался. Это их собственная, зрелая позиция. Они понимают занятость и уровень ответственности, но готовы выделять личное время. Социализация происходит через деятельность. Руководитель регионального ведомства - это человек с ресурсами, связями, но главное - с опытом строить команду. Я подчеркну: для нас важна не должность, а личная зрелость наставника. Мы искали тех, кто умеет быть рядом, не навязывая свою точку зрения, кто готов признать, что не знает всех ответов. Настоящий наставник идёт рядом, молчит, когда нужно, и подставляет плечо, когда просят. Самое важное - эмпатия и умение слушать, а не поучать. Наставник - не прокурор, не психолог, а старший товарищ. Должность здесь вторична, она нужна, чтобы решать бюрократические вопросы. Поэтому мы проводим обучение для наставников - тренинги по возрастной психологии и кризисной коммуникации. Честно - личными переговорами. Мы провели стратегическую сессию с каждым руководителем, объяснили, что это не шефство «для галочки», а реальная возможность изменить человеческую судьбу. И многие согласились именно потому, что это вызов их управленческим и человеческим качествам. Юрий Марич из Архангельской области, Вячеслав Коршун из Ставрополья - отозвались первыми и уже активно работают.

Участницы узнают о проекте еще до освобождения. Почему это важно?

Это ключевой момент. Чем раньше начинается контакт внутри колонии, тем более подготовленным выходит человек. Девушка выходит на свободу, переживает дикий стресс, и тут ей предлагают незнакомца для решения личных жизненных вопросов. Сейчас мы даем возможность общаться по ВКС, звонить, встречаться еще в стенах учреждения. К моменту освобождения это уже практически значимый взрослый. Это снижает тревожность, и главное - индивидуальный план становится более реалистичным, потому что мы лучше понимаем их, а они - нас.

А если участница не хочет меняться?

В проекте принимают участие те, кто хотят меняться. Иногда участницы меняют позицию, когда сталкиваются с соблазнами на свободе. И позитивными, и негативными. Тут наша задача - удержать человека в контуре безопасности. Но мы не используем слово «отказ». Мы оставляем «открытую дверь». Наставник будет звонить по договоренности, регулярно интересоваться. Даже если она не отвечает, она знает: есть человек, который ждет. Это меняет внутренний диалог с «никому не нужна» на «меня ждут». И, что важно, наставник в этом проекте не один. По каждому направлению у девушки появляется куратор: хочет заниматься спортом - находим тренера, хочет учиться программированию или вести блог - подключаем эксперта. Формируется целое сообщество людей, помогающих ей погрузиться в новую атмосферу.

А если девушке негде жить после освобождения? У проекта есть ресурсы для решения жилищного вопроса?

Мы наладили партнерство с центрами социальной адаптации и необходимыми специалистами. Мы не можем дать квартиру, но мы можем помочь встать на очередь, проконсультировать по оформлению временного жилья, подсказать варианты с общежитиями при колледжах. В сложных случаях подключаем уполномоченного по правам человека.

Какую роль Вы отводите обществу в этом проекте? Ведь часть осуждённых клеймят.

Огромную. Но мы говорим не об абстрактном обществе, а о конкретных людях, которые сегодня находятся рядом с этими девушками. Те, кто окружает их в образовательных организациях, социальных институтах, те, с кем они общаются по желанию вне проекта.

Наша реакция на человека, который оступился, определяет, вернется ли он в общество или уйдет в тень. Мы не просим любить бывших заключённых. Мы просим не отворачиваться. Признать, что любой из нас мог бы оказаться на их месте при стечении обстоятельств. Проект «Не твоя история» - это восстановление социальной справедливости. Ведь общество тоже несёт долю ответственности за то, что эти девочки вообще попали в колонию.

Если спросить вас без дипломатии: что лично для вас будет означать, что проект удался?

Я скажу неожиданную вещь. Критерий - когда одна из наших участниц сама станет наставником для другой, но не по обязанности, а по зову сердца. Тогда цепочка «проект-человек-общество» замкнётся. Второй шанс перестанет быть разовой акцией и станет культурной нормой. И это будет означать, что любовь к ближнему у нас не на словах, а в институтах, в повседневных практиках, в том, как мы строим отношения с теми, кто оступился. Мы не гонимся за количеством. Для нас качество - это конкретная судьба конкретного человека. Если участница не совершит повторное преступление, приобретет новый круг общения и реализует новые возможности - это и есть результат. Наша цель - чтобы достаточно скоро наши участницы смогли участвовать в профилактической работе с молодежью в своих регионах.

Изменилось ли ваше личное восприятие после посещения колоний?

Радикально. Теперь я вижу за каждым делом конкретную девочку-подростка, которая могла бы быть моей дочерью. Многие из них совершили преступления не от злобы, а от отчаяния, одиночества или влияния окружения, потому что их никто не остановил, потому что им не сказали «ты важна». Мы говорим им это каждый день. Не оправдываем их поступков, но признаём их личность. И это, пожалуй, самое сложное - отделить человека от его ошибки. Но именно в этом и заключается суть любви к ближнему, о которой говорят все религии и философии: видеть душу. Мы хотим дать им возможность написать новую главу своей жизни. И я верю, что это возможно.

Если подвести итог - какая главная мысль проекта для каждого из нас?

Я бы сказала так: «Не твоя история» - это напоминание, что общество держится на взаимопомощи, поддержке и умении возвращать друг друга к жизни. Наставничество - это искусство протянуть руку помощи, когда все рухнуло. Второй шанс - это не прощение, а инвестиция в общее будущее. А любовь к ближнему - это не романтика, а повседневный труд: звонить, когда не хочется, слушать, когда больно, и не уходить, когда тебя отвергают. Мы не знаем, сколько девушек из нашего первого потока действительно изменятся. Но мы точно знаем: если мы не попробуем, они точно не изменятся. И тогда вина ляжет на нас - на тех, кто мог помочь, но отвернулся. Поэтому мы идём в колонии, мы готовим наставников, мы пишем индивидуальные планы - потому что каждый человек, возвращённый к жизни, делает нас всех чуточку более человечными.

Фото // nastavnikirossii.ru ©